Ангел во плоти. Джоанна Линдсей. Книга. Читать онлайн.

Анджела уставилась на темный силуэт сидевшего рядом мужчины. Что означает это «к счастью»? Действительно ли в его голосе прозвучало раздражение или ей так показалось? Скорее всего показалось.
Анджела закрыла глаза. Покачиваясь в такт движения экипажа, она стала вспоминать свою первую встречу с Брэдфордом Мейтлендом. Это случилось три года назад. Ей тогда было одиннадцать лет, а Брэдфорду — двадцать. Он приехал из школы домой на летние каникулы. Отец поехал в город продавать зерно и взял Анджелу с собой. Ей надоело слоняться по базарной площади, и она решила отправиться домой. Ночью прошел сильный дождь, и, когда Анджела шла по дороге вдоль реки, ей то и дело приходилось обходить грязные лужи.
Вот тогда Анджела и увидела Брэдфорда на горячем черном жеребце. Он ехал в город. Одетый в белый костюм, высокий, на огромном черном коне, он походил на ангела-мстителя. Когда он поравнялся с Анджелой, жеребец ударил ногой по луже, обдав грязными брызгами ее желтое платье. Брэдфорд придержал коня, повернулся к ней, бросил золотую монету, сказав, чтобы она купила себе новое платье, после чего продолжил свой путь.
В тот самый миг, когда Анджела впервые увидела прекрасное лицо Брэдфорда, она влюбилась в него. Много раз она пыталась убедить себя, что это глупо, что она ничего не знает о любви. Скорее всего она просто боготворила сто. Но как бы там ни было, она называла это любовью.
У нее и по сей день сохранилась та золотая монета. Она проделала в ней маленькое отверстие, попросила отца купить длинную цепочку и стала носить ее на шее. Эта монета, как и три года назад, покоилась сейчас между холмиками се грудей. Она продолжала носить ее даже тогда, когда решила, что ненавидит Брэдфорда Мейтленда за то, что он вступил в армию северян. Но сейчас с ненавистью покончено. Она навсегда избавится от этого чувства.
До дома они добрались удивительно быстро. Экипаж Брэдфорда поглотила темнота, а Анджела еще долго стояла на крыльце, вспоминая его слова при прощании.
— Береги себя, Ангел. Ты уже не в том возрасте, чтобы всюду бродить одной. — С этими словами он натянул вожжи и отъехал.
— Это ты, дочка?
Анджела нахмурилась, увидев появившегося в дверях Уильяма Шеррингтона.
— Да, пап.
— Где ты пропадала?
— Тебя разыскивала! — зло сказала она, хотя испытала огромное облегчение, обнаружив отца дома. — Если бы ты приехал вчера вечером, мне не надо было бы никуда ходить.
— Прости меня, Энджи, — проговорил отец. В голосе его слышались раскаяние и испуг. — Такое больше не повторится. Тебя Билли Андерсон подбросил домой?
— Как бы не так! — воскликнула Анджела. — Это был Брэдфорд Мейтленд.
— Очень великодушно с его стороны!.. Энджи, я обещаю, что никогда больше не оставлю тебя одну. Если поеду в город, непременно буду брать себя с собой… В последнее время я был плохим отцом, но теперь все изменится. Обещаю тебе.
Казалось, отец был близок к тому, чтобы разрыдаться, и гнев у Анджелы тут же прошел.
— Ну ладно, пап. Знаешь, мне не нужен никакой другой отец, кроме тебя. — Она приблизилась к отцу и обняла его. — Пошли теперь спать. Завтра утром нам нужно вспахать поле.

Глава 6

Вместо того чтобы повернуть в сторону «Золотых дубов», Брэдфорд поехал дальше вдоль реки в сторону плантации, которая носила поэтичное название «Тени».
Кристал была в полнейшем неведении относительно того, чем он занимался последние полтора года. Во всяком случае, так он предполагал. Но после разговора с Анджелой Шеррингтон он не удивится, если узнает, что его секрет известен многим.
Что ж, если Кристал пока не знает об этом, то скоро узнает, потому что Брэдфорд ехал не столько для того, чтобы повидаться с отцом девушки, сколько для откровенного разговора с Кристал. И поговорить лучше сейчас, чем после войны. У Кристал будет время свыкнуться с его взглядами. И когда он вернется к ней после окончания войны, ничто не помешает им заключить брак.
Брэдфорд свернул на покрытую гравием дорогу, ведущую к «Теням». Время для визита не самое подходящее, но зато есть надежда, что он избежит встречи с отцом Кристал, а заодно и с Робертом. Одно дело рассказать Кристал о своих убеждениях: она женщина, любит его и не станет его предавать. А вот открываться перед остальными членами семьи равносильно самоубийству. Его вполне могут пристрелить как шпиона — именно так определила его статус дочь Шеррингтона.
Он не был шпионом, да и не мог им быть. Для этого он слишком честен.
В нижней части дома еще горели огни, и, когда Брэдфорд подошел к входной двери, он услышал негромкие звуки пианино. Он досадливо нахмурился: неужели Кристал принимает гостей?
Брэдфорд постучал. Старый Рубен, чернокожий дворецкий Лонсдейлов, открыл дверь и удивленно отступил назад.
— Неужто вы, мистер Брэд? Боже, вот уж мисс Кристал обрадуется!
— Надеюсь, Рубен, — улыбнулся Брэдфорд. — Она в гостиной?
— Да, сэр. Вы можете пройти туда. Не думаю, что вам потребуется провожатый. — Рубен улыбнулся.
— Она одна?
— Одна.
Брэдфорд пересек зал и секунду помедлил, прежде чем открыть дверь в гостиную. Кристал сидела за пианино, одетая во все розовое и белое.
Она играла какую-то щемяще-грустную вещь, название которой он не мог припомнить. Вид знакомой гостиной и сама Кристал внезапно перенесли его в прошлое. Она, похоже, совсем не изменилась. И была самой красивой женщиной на свете.
Кристал, казалось, настолько погрузилась в музыку, что не заметила его появления. Закончив играть, она издала продолжительный вздох.
— Хочу надеяться, что вы вздыхаете обо мне, — тихо произнес Брэдфорд.
Кристал вскочила. Прошло несколько секунд, прежде чем, выкрикнув его имя, она бросилась к нему в объятия.
Поцелуй Брэдфорда был долгим и нежным. Кристал отвечала ему, и молодому человеку хотелось, чтобы поцелуй длился вечно. Она никогда не позволяла себе задерживаться в его объятиях. И это же время он чувствовал, что девушка не отказала бы ему, захоти он большего.
.До войны он вел себя как настоящий джентльмен, о чем сейчас сожалел. Если бы он взял Кристал раньше, сегодня ему было бы легче убедить ее в правильности своих взглядов.
— Ах Брэд! — Она оттолкнула его и с упреком посмотрела ему в лицо. — Почему ты не отвечал на мои письма? Я столько их написала, что уже и счет потеряла!
— Я не получал никаких писем.
— Твой отец предполагал это, говорил о блокаде и прочем, но я не теряла надежду, что ты все-таки их получишь. — Неожиданно она прищурилась, подбоченилась и строго спросила:
— А где ты был, Брэдфорд Мейтленд, когда я ездила в Англию? Я ждала, что ты, приедешь, но ты там так и не появился… Два года, Брэд!.. Я не видела тебя целых два года!
— Были дела, Кристал. И к тому же идет война, — мягко напомнил Брэдфорд.
— Ты думаешь, что я не знаю об этом? Робби вступил в армию вместе с другими местными добровольцами. Он остался здесь, чтобы охранять форт Морган, но я его почти не вижу. И твой брат тоже… А что же ты? Или твой бизнес для тебя важнее?
Брэдфорд попытался что-то сказать, но Кристал продолжала:
— Я чувствовала себя неловко от того, что не могла похвастаться перед друзьями, сказать, что мой жених сражается за наше общее дело. Как и многие другие отважные мужчины.
Брэдфорд взял ее за плечи и легонько отстранил от себя.
— Для тебя так важно, Кристал, что думают твои друзья, — спросил он.
— Конечно, важно. Мне бы не хотелось, чтобы мой муж оказался трусом.
Брэдфорд почувствовал, что в нем закипает гнев.
— А как бы ты отнеслась к мужу, который симпатизирует Союзу? Или это в твоих глазах еще хуже, чем оказаться трусом?
— Симпатизировать янки! — Кристал задохнулась от ужаса. — Не говори глупостей, Брэд! Ты такой же южанин, как и я… И эта твоя шутка ничуть не смешна.
— А если я не шучу?
— Прекрати, Брэдфорд!.. Ты пугаешь меня. Кристал отшатнулась, и он схватил ее за руку, пытаясь удержать. Он так хорошо все продумал, решил, что скажет ей о расколотой нации, о том, что говорит на этот счет Линкольн, но сейчас совершенно забыл об этом.
— Я не южанин, Кристал. Я никогда им не был, и, полагаю, ты знаешь об этом.
— Нет! — воскликнула она, закрывая ладонями уши. — Я не желаю слышать об этом! Не желаю!!!
— Ты выслушаешь меня, черт побери! — Он — оторвал ее руки от головы и крепко прижал их к бокам, так что она не могла пошевелиться. — Неужели ты в самом деле ожидаешь, что я буду сражаться за то, во что не верю? Поддерживать то, с чем решительно не согласен? Если мне придется выбирать, чью сторону принять, знай, Кристал, я никогда не встану на сторону Юга! И ты должна уважать это.
Брэдфорд тяжело вздохнул. Сейчас не представлялось никакой возможности рассказать Кристал всю правду, признаться, что он уже воевал и снова будет воевать на стороне Союза. Она может поднять тревогу, и тогда он не уйдет живым из Мобила. А ему так хотелось убедить ее.
— Кристал, если я не буду отстаивать свои убеждения, то не смогу считать себя мужчиной. Неужели ты этого не понимаешь?
— Нет! — выкрикнула она, пытаясь вырваться из его рук. — Я понимаю одно: я потратила лучшие годы своей жизни на то, что ждала человека, который симпатизирует янки! Уходи сейчас же, пока я не закричала!
Брэдфорд отпустил ее и попятился.
— Наша помолвка расторгнута!.. Я никогда — слышишь, никогда! — не выйду замуж за такого человека! Ты, возможно, не воюешь за северян, но ты янки по духу! А я презираю всех янки!
— Кристал, ты сейчас расстроена, но у тебя будет время подумать…
— Убирайся отсюда! — истерично взвизгнула она. — Я ненавижу тебя, Брэдфорд! Не желаю больше тебя видеть! Никогда!!!
Он повернулся, чтобы уйти, но остановился у двери:
— Не все кончено между нами, Кристал. Я вернусь после войны, и ты еще станешь моей женой.
Он вышел, прежде чем она успела ответить. Как ни странно, в эту минуту он подумал о девчонке Шеррингтона. Та поняла. И не осуждала его. А женщина, которая клялась ему в любви, не пожелала его понять. Однако он не ставит крест на Кристал Лонсдейл. Когда-нибудь он вернется к ней, и она его поймет.

Глава 7

Анджела сидела на одном из двух стареньких плетеных стульев, стоящих на узком крыльце, и задумчиво смотрела на голое поле перед домом. Ей вспоминалось это поле, заросшее высокой кукурузой, — именно таким оно было лишь неделю назад. Доведется ли ей увидеть новый урожай? И вообще, как сложится теперь ее судьба?
Анджела сжимала в ладони золотую монету Брэдфорда Мейтленда. Это обычно приносило ей успокоение в трудные минуты жизни. А сейчас она нуждалась в нем больше, чем когда-либо.
На ней все еще было темно-коричневое хлопчатобумажное платье, в котором она была утром на похоронах. Конечно, лучше бы черное, но черным платьем она не располагала.
Эта неделя была похожа на какой-то страшный сон. Им повезло — они вырастили хороший урожай и трижды ездили в город, чтобы продать зерно. Анджела каждый раз сопровождала отца. Он держал обещание, данное три года назад, и никогда не оставлял ее одну. Три долгих года прошло… Для некоторых эти годы оказались трагическими, для Анджелы они не были отмечены событиями. Мальчишки, которые раньше приставали к ней, больше ее не трогали. Бобо тоже внял ее предупреждению и не подходил к ней. Отец иногда даже позволял Анджеле прогуливаться одной, чтобы она могла отдохнуть от его постоянного присутствия. Да, никаких особых событий не происходило вплоть до нынешнего 1865 года.
Год назад Союз одержал решающую победу в сражении в Мобильском заливе. Война докатилась наконец и до Алабамы. Форт Гейнз сдался после нескольких дней жестоких боев, а Мобил-Пойнт, располагавшийся напротив, и форт Могдан сдались лишь после восемнадцатидневной осады. В конце концов янки иступили на территорию Алабамы.
Спустя шесть месяцев были осаждены форт Блэкли и Испанский форт. В апреле этого года, через восемь месяцев после сражения в Мобильском заливе. Союзная армия, возглавляемая генералом Кенди, нанесла поражение армии Конфедерации и заняла Мобил.
Как ни странно, маленькую ферму! Шеррингтонов война обошла стороной. Когда она приблизилась к ним вплотную, отец в тревожном ожидании заколотил дом. Что им грозит? Лишатся ли они урожая и средств к жизни? А может, и самой жизни? Но опасность отступила, и начался период Реконструкции.
Проигранная война не сказалась на личной судьбе Анджелы. У нее никогда не было рабов. Она не владела землей и, следовательно, не сталкивалась с непосильными налогами. Земля, на которой они работали исполу, не изымалась у них и не перепродавалась, потому что финансовое положение их землевладельца было прочным.
Анджелу никогда не пугала нищета, как она пугала многих благородных южных леди, ибо ничего другого, кроме нищеты, ни Анджела, ни ее отец не знали.
В тот день ее отыскал Фрэнк Колмеи — старинный приятель и собутыльник отца. Она издала отца в фургоне. Анджела сразу поняла, что произошло нечто ужасное, потому что Фрэнк упорно не желал смотреть ей в лицо. Он лишь сказал, что отец ввязался в драку. Обычный спор с янки о результатах войны, пояснил он. Началась потасовка, в которой приняли участие многие завсегдатаи бара, се отец упал, ударился о стол и тут же скончался.
Анджела бросилась к бару и нашла отца лежащим на посыпанном опилками полу, грязного и окровавленного. Он был мертв.
Она опустилась возле него на колени, до конца не веря в случившееся. — Ей вспомнились ссоры с отцом из-за его кутежей, резкие слова, которые она в запальчивости бросала ему. Анджела разразилась рыданиями, и мужчины смущенно отодвинулись, образовав вокруг них большой круг.
Отца похоронили сегодня утром. Теперь Анджела осталась одна, совершенно одна в целом мире. Как ей жить дальше? Уже десятки раз задавала она себе этот вопрос, на который у нее не было ответа.
Допустим, она может выйти замуж за Клинтона Прэтта. За этот год он уже несколько раз делал ей предложение, и она уверена, что сделает снова. Клинтон был приятным молодым человеком, работал на небольшой ферме по соседству. Он частенько захаживал к Анджеле и вел с ней долгие беседы. Ей была приятна его компания, но выходить за него замуж она не желала. Она не любила его.
Анджела снова разрыдалась: «Папа, зачем ты оставил меня? Я не хочу быть одна, пап! Мне не нравится быть одной?”
Ей хотелось остаться на прежнем месте. Здесь был се дом. У нее была старушка Сара. Она сможет вести хозяйство самостоятельно, в этом Анджела была уверена. Но зависело это не от нее, а от Джекоба Мейтленда. Позволит ли он ей остаться на ферме или решит, что она не справится с хозяйством.
Так или иначе, сегодня она выяснит свою судьбу. Джекоб Мейтленд был утром на похоронах, отдал дань уважения отцу и сказал Анджеле, что позже навестит ее. Ей необходимо убедить его, что она сумеет вести хозяйство самостоятельно. Она должна убедить!
Джекоб Мейтленд подъехал в самом красивом экипаже, который Анджела когда-либо видела, — новеньком, выкрашенном блестящей черной краской, с роскошными бархатными сиденьями.
Джекоб Мейтленд был настолько богат, что война не нанесла большого ущерба его состоянию. Он никогда не зависел от урожаев на своей плантации. Да и вообще во время войны его земли почти не обрабатывались. Поэтому люди удивлялись, зачем он приехал на Юг И почему оставался в «Золотых дубах», пока шла война, а не отправился в Европу, где в основном и были сосредоточены его деловые интересы.
Джекоб часто захаживал на ферму к Шеррингтонам, когда Анджела была ребенком, приносил ей конфеты, иногда игрушки. Анджела считала, что приходил он, чтобы проверить, насколько соблюдаются его интересы. Восемь лет назад у Джекоба вышел крупный разговор с ее отцом.
Анджела думала, что после этого их прогонят с фермы, однако все обошлось. Но с тех пор Джекоб Мейтленд больше не появлялся на их ферме. Причину той ссоры она так и не узнала, а по визитам Джекоба скучала.
Он был хорошим землевладельцем, в этом у нее не было сомнений. Даже когда урожай был невысоким, он никогда не жаловался, а во время войны стал брать меньшую долю в уплату. По этой причине Анджела чувствовала себя вдвойне виноватой, когда принимала от Ханны еду, которую та крала у него.
Сейчас Анджела была напугана и удручена.
— Анджела, дорогая девочка, прими мои самые искренние соболезнования, — начал Джекоб Мейтленд. — Должно быть, ты испытываешь сейчас страшную опустошенность.
— Да, это так, — шепотом ответила Анджела, не поднимая глаз.
— Я знал твоего отца почти восемнадцать лет, — тихим голосом продолжал Джекоб. — Он работал на этой ферме еще до того, как я приехал в Алабаму.
— Значит, вы и маму мою знали? — с любопытством спросила она, и глаза ее заблестели.
— Да, знал, — рассеянно ответил Джекоб. — Ей не следовало одной уезжать на Запад. Она…
— На Запад? — взволнованно перебила его Анджела. — Она уехала на Запад? Папа никогда не говорил мне об этом.
— Да, она уехала туда, — грустно сказал Джекоб. — А ты знаешь, что ты — вылитая мать?
— Папа говорил, что у меня такие же глаза и волосы, — с готовностью ответила Анджела, почувствовав вдруг себя вполне непринужденно.
— Не только это, девочка. Твоя мать была очаровательнейшая женщина. У нее были и грация, и хрупкость, и изысканная красота. Ты как две капли воды похожа на нее.
— Мне смешно это слышать, мистер Мейтленд. Я не грациозная И не хрупкая.
— Ты можешь быть такой при должной тренировке, — с доброй улыбкой сказал Джекоб.
— Тренировка? Ах, это значит — учеба в школе? — спросила Анджела. — У меня не было для этого времени. Я должна была помогать отцу на ферме.
— Да, что касается фермы, Анджела… Теперь, когда твой отец… когда его нет с нами, я хочу…
— Пожалуйста, прошу вас, мистер Мейтленд, — перебила его Анджела, боясь, что услышит сейчас нечто неприятное. — Я могу одна обрабатывать эту землю… Я помогала отцу сызмальства. И я сильнее, чем кажусь, честное слово…
— О чем ты говоришь, дитя мое! Я просто не могу позволить тебе остаться на этой ферме одной! — удивленно воскликнул Джекоб и покачал головой.
— Ноя…
Джекоб предостерегающе поднял руку:
— Не хочу слышать твои возражения. И не надо смотреть на меня несчастными глазами, я собирался сказать тебе, но ты меня перебила… Я хочу, чтобы ты переехала жить в «Золотые дубы».
Анджела недоверчиво посмотрела на Джекоба:
— Почему?
Джекоб Мейтленд рассмеялся:
— Скажем так: я чувствую ответственность за тебя. Как ни как, я знаю тебя с рождения, Анджела. Вместе с Уильямом Шеррингтоном я волновался, когда твоя мама давала тебе жизнь. И я хочу тебе помочь, — А как же ваша семья? Да и прислуги у вас в доме сейчас достаточно.
— Чепуха, — твердо проговорил он. — Слуги не живут в доме, дитя мое. И моя семья скажет тебе «добро пожаловать». Так что не бойся.
— Вы самый замечательный человек на свете! — Слезы подступили к глазам Анджелы.
— В таком случае все решено, дитя мое. Я оставлю тебя, чтобы ты упаковала свои пожитки, и через пару часов пришлю за тобой повозку.

Ангел во плоти. Джоанна Линдсей. Книга. Читать онлайн. 16 Сен 2017 KS